Татьяна Друбич

Роковая Женщина Советского Кино

Интервью с Татьяной Друбич

— Как думаете, в народе после появление фонда взгляды на смерть претерпели изменения?

— Ну, я на это возлагаю надежду. В мире существует полторы сотни стран, где действуют благотворительные фонды. Точнее, сто пятьдесят восемь. И мы находимся на двадцать первом с конца. В нашей стране никто не проявляет доверия к соседу. Ну, а чего ждать, когда после того, как наш президент приголубил тигра, а он позже умер с диагнозом «передозировка лекарственными препаратами», или деньги наших знаменитостей вместо объявленной цели осели у кого-то в кармане. Как нашему гражданину с таким жить? Говорят, благотворительные фонды — это орудие саморекламы. А кому она из наших попечителей нужна? Люди, не желающие даже углубиться в суть дела, всегда найдут, какой ярлык повесить на другого. А фонд работает во благо.

— Деньги, полученные за фильмы с вашим участием, вы передаёте фондам?

— У Ренаты я снималась за доброе слово — её фильм не имеет себе равных, это неповторимая история, к тому же, она же фильм и продюсировала. И за «Ассу» и «Анну Каренину» мне не досталось ни копейки от Сергея. Для меня ценнее денег то, что я сама становлюсь крошечной частью нашей культуры.

— Каренина успела промелькнуть в творчестве Сергея Соловьёва задолго до самого фильма. В «Спасателе» была сцена, когда класс перед Аскй Веденеевой на уроке разбирал это самое произведение, и в пересказе одного из школьников всё выглядело достаточно цинично. Милая замужняя женщина с ребёнком, не бедствующая, неожиданно влюбляется в «жеребчика» из офицеров, муж и сын уходят на второй план. И вот, спустя пару десятков лет, вместо Аси вы уже играете саму Анну. Сергей ещё тогда проникся этой идеей?

— Вполне возможно. В общем-то, до того самого момента, как «Каренину» пустили в производство, мы с ним никогда не обсуждали ни возможные роли, ни сам роман. Фильм мы делали чрезвычайно долго, и сама «Каренина» словно задыхается. Много лет прошло, вечные пересъёмки, а всё равно где-то видно, что я сыграла местами не так хорошо, как могла. Думаю, со временем она будет выглядеть иначе. Я всё надеялась, что Сергей сделает ставку на черно-белую версию, и назовёт не «Анна Каренина», а «Каренины». Я думала, это придаст иную смысловую нагрузку. Но Сергей всегда меня слушал как отец маленькую девочку. Картина берёт начало с Олега Янковского в роли Каренина, и он же — самая важная фигура фильма. Он — точка схода всех событий.

— Да, «Анну Каренину» снимали уже раз тридцать, но все версии были выстроены вокруг отношений между Карениной, стоящей между мужем и любовником.

— Всё дело в том, что большинство видит в этом романе интригу и бурю эмоций. А тут у нас — личная катастрофа.

— Вы и ваш персонаж в фильме необыкновенны. Вы справились с пугающей, как и всё подлинное, задачей — показали зрителю, что любить и жить невозможно.

— Любить на самом деле может не каждый. Если тебе довелось кого-то полюбить, то ты меняешься, меняется твоя жизнь. В толпе легко заметить того, кто любил. И тех, кто никогда не любил, тоже: у них всё в порядке. Все целы. На деле, много любви не достаётся никому. Да, у многих есть мать и отец, которые вполне естественно любят своё чадо. Потом появляются муж или жена, но их любовь не вечна. Я считаю, что каждый человек хочет получить свою порцию любви. Независимо от возраста, пола, здоровья.

— «Анна Каренина» — не первая картина, где вы работали вместе с Олегом Янковским и Александром Абдуловым. В восемьдесят шестом вы вместе с ними играли в «Храни меня, мой талисман».

— Только режиссёром там был не Соловьёв, а Роман Балаян. Когда он закончил «Полёты во сне и наяву», у него был творческий пик — все работы шли как по маслу, легко и непринуждённо. Александр Абдулов был великодушен на съёмках, внимания лишнего к себе не привлекал, не выделялся — плотно вливался в коллектив. А вот Олег Иванович — это иная история. Он знаток своего дела, и был к себе очень строг: всегда знал текст до выхода перед камерой. С Абдуловым съёмки превращались в развлечение. Когда снимали «О любви», там ему писали плакаты с текстом, держали их за мной и он с них читал. Янковский держал всё в голове. И всегда был в меру строг и мягок, как и все великие гении, но никогда не позволял растерять настрой. Время идёт вперёд, поколения меняются, и современные актёры и артисты всегда заранее указывают, сколько им места надо, что он ест по утрам и чего не ест вечером.